• Навязчивые мысли
  • Сложности в отношениях

Я постоянно бессмысленно врал

Моя проблема была в том, что я постоянно бессмысленно врал. Ничего не мог с этим сделать. Мне задавали какой-нибудь простой вопрос. Например, начальник спрашивал, готов ли уже отчет. Отчет был еще не готов, но я с удивлением слышал, как отвечаю, что готов. Естественно, начальник хотел на него посмотреть, и я оказывался в глупом положении...

Такое происходило регулярно. На вопрос моей девушки, как прошел вчерашний день, я отвечал, что смотрел сериал дома, хотя на самом деле встречался с друзьями. В результате, поймав несколько раз на вранье, девушка меня бросила. На работе я обычно не удерживался дольше полугода.

Я много раз давал себе обещание, что буду говорить правду. Но это было сильнее меня.

Раз за разом я обнаруживал, что, не успев вспомнить о своем решении, я уже соврал. Я не понимал, почему так происходит и что с этим делать. Мне было стыдно. Мне была нужна помощь.

Мой психотерапевт был мужчина, не сильно старше меня. Внимательный, добрый, с хорошим чувством юмора. Я видел, что он сочувствует мне и не осуждает меня.

Сначала мы очень подробно, «покадрово» разбирали ситуации, в которых я говорю неправду. Это всегда были ситуации, в которых я ощущал какие-то опасения. Например, беспокоился, что не доделал отчет, поэтому начальник может быть мной недоволен. Или думал, что девушка, если узнает, что я провел вечер с друзьями, обидится на меня. В основе моего вранья лежал страх. Мы стали искать истоки этого страха.

Мама развелась с отцом, когда мне было 4 года. Мы переехали жить к бабушке, маминой маме. И до моих 13 лет, когда бабушка умерла, мы жили втроем. Мама с бабушкой не ладили. Они могли неделями не разговаривать. А иногда случались скандалы с криками, хлопаньем дверями, взаимными обвинениями... В такие моменты я прятался в шкафу – мне было очень страшно. Не знаю, что было хуже, периоды напряженного молчания или эти взрывы. Одним из главных пунктов их несогласия стало мое воспитание. Бабушка окружала меня заботой, как будто укутывала ватой. Мама считала, что я должен быть самостоятельным и ответственным, как единственный мужчина в доме.

Моя жизнь оказалась разделена на две части. Весь день в будни я проводил с бабушкой. А по вечерам и в выходные было мамино время. Мне было важно поддерживать мир в семье, поэтому я старался не расстраивать маму. На ее вопросы о том, как мы провели день с бабушкой, я никогда не отвечал правду, боясь очередного скандала. В моих рассказах мы с бабушкой не делали ничего, что могло вызвать мамин гнев. Я вдохновенно врал, описывая картинку, которая могла устроить маму. Например, уроки в моих рассказах я всегда выполнял самостоятельно, хотя реально мы ежедневно корпели над ними вместе с бабушкой.

Сейчас мне сложно представить, что мама верила моим россказням и не знала, как все обстоит на самом деле. Но тогда мне казалось, что своим враньем я сглаживаю острые углы и обеспечиваю более спокойный климат у нас дома.

Мы с психологом вспомнили множество таких случаев, когда я врал «во благо». Этот механизм взаимодействия с людьми закрепился у меня, стал непреодолимой привычкой. И уже будучи взрослым, когда я чувствовал, что собеседник может быть чем-то недоволен, автоматически включался этот способ – сказать неправду, лишь бы человек не рассердился, не наехал на меня.

Когда я осознал этот механизм, вспомнил истории из детства, мне стало ясно, что со мной происходит.

Терапевт дал мне домашнее задание. Я должен был наблюдать за собой, замечать ситуации, которые вызывают у меня тревогу и опасения. В этих ситуациях я брал паузу в разговоре, замечал свой страх, делал три глубоких вдоха и выдоха и пробовал сказать правду.

Самое сложное было замечать появление своего страха и вовремя останавливаться. Не проскакивать критический момент. Сначала у меня получалось только иногда. Потом чаще. Через два месяца я понял, что могу контролировать себя и уверено двигаюсь к тому, чтобы оставить бессмысленное вранье в прошлом. В детстве, которому оно и принадлежит.

Эксперты Меты готовы помочь Помощь экспертов Меты Мы всегда рядом

338 психотерапевтов Меты готовы
помочь вам и заниматься
в Москве, Санкт-Петербурге или онлайн

Другие истории по теме «Навязчивые мысли»

Меня преследовали мысли о болезнях и смерти

Меня постоянно преследовали мысли о болезнях и внезапной смерти и подкатывал липкий страх, что будет с дочерью, если я умру. Мы с психологом подробно говорили о том, как протекает приступ паники и когда он появился впервые. Это помогло понять, что...

Читать целиком
Постоянно тревожился из-за задач и рабочих моментов

Я часами не мог заснуть, прокручивая в голове по кругу свои планы на ближайшее время. Поворотной точкой стала работа с терапевтом: задав нужные вопрос он смог...

Читать целиком
Не могла заставить себя сесть за руль

Несмотря на острую необходимость в личном транспорте и наличии травм я не могла водить – 8 лет назад я попала в аварию. Терапевт научила не «проваливаться» в страх, а...

Читать целиком
Эксперты Меты готовы помочь Помощь экспертов Меты Мы всегда рядом
338 психотерапевтов Меты готовы помочь вам
и заниматься в Москве, Санкт-Петербурге или онлайн

Ещё психотерапия помогает справиться с этим

Я просыпался рано утром с чувством необъяснимой тревоги.

Ещё год назад я представлял из себя клубок тревоги, раздражения и отчаяния. У меня не было сил решать проблемы, которые ставила передо мной жизнь. Выйти из депрессивного эпизода мне помог психотерапевт, который...

Читать целиком
Из-за постоянных переработок стала раздражительной

Постоянное ощущение загнанности на работе, цейтнот: я не могла даже вздохнуть спокойно. С психологом мы смогли разобраться.

Читать целиком
Мы с мужем постоянно ссорились, казалось, по пустякам

После очередной ссоры мне показалось, что мой брак – ошибка. Испугавшись этой мысли, я предложила мужу обратиться к психологу. Работая с терапевтом, мы многое поняли друг про друга. Он помог нам понять, что...

Читать целиком