Системные семейные психологи

Я попала в профессию не из очарования или осознанного желания помогать другим, а из тревожной точки "надо". Тогда, на 4 курсе университета, передо мной стояла необходимость определяться с методом работы, если я вдруг буду заниматься психотерапией, когда закончу университет. Я выбрала гештальт-подход. Тогда я была совсем юна, но теперь я безмерно благодарна себе за этот выбор. Он позволил понять, что с призванием можно не только родиться. На себе я прочувствовала, что призвание можно приобрести, и что в профессию можно не только "влюбиться с первого взгляда" или очароваться ею. Профессию можно выбрать, и лишь потом полюбить её глубокой зрелой любовью. И на это может понадобится время. Этот опыт стал для меня большим и важным открытием.

В психотерапии мне важно дать место, пространство и безопасность для клиента и его процессов.

Мое кредо в психотерапии это эмпатия. Наивысшей ценностью являются отношения, в которых можно видеть себя и другого.

Опыт каждого человека уникален, все истории неповторимы. Но при этом все они устроены по единой схеме: все было нормально, потом что-то пошло не так, и теперь надо что-то с этим делать.

Чтобы "с этим что-то делать", нужно понять самого себя, разрешить себе жить не "как принято", а "согласно с собственным внутренним устройством".

Я не даю советов - если честно, я просто не берусь судить, как другим людям надо жить. Вместо этого я помогаю услышать себя, разобраться в своем внутреннем мире, научиться задавать себе вопросы и представлять, где лежат на них ответы.

Я провожу терапию в психоаналитическом подходе. Это метод глубинной терапии, работающий не с симптом, а с человеком. И такая работа возможна только с большим вниманием и уважением к личности человека.

Основой профессионального роста для меня, наравне с качественным психотерапевтическим образованием, является личная терапия.

Больше года живу в эмиграции, что помогает мне лучше понимать тех, кто находится в сложных жизненных обстоятельствах. В этот период я смогла лучше понять, как важно иметь внутреннюю опору и поддержку, когда всё вокруг меняется. У меня есть молодой человек и три кошки — их присутствие всегда приносит уют и радость. В свободное время люблю путешествовать, открывать новые места и людей, а также заниматься саморазвитием.

Мне всегда был интересен человек: какой он, что им двигает, кто он?! И вопросы: откуда страдания человека и из-за чего человек страдает?! Особенно дети. Вместе с тем, огромное внутреннее несогласие с тем, что страдают дети. В детстве я мечтала стать педиатром. Я решила, что буду лечить и заботится о них, чтобы дети больше не болели и не страдали. В каком-то смысле я им и стала, ведь в каждом человеке есть тот ребенок, которого нужно спасать, которого нужно взять на руки и который нуждается во взрослом.

Также важное об о мне: на протяжении четырех лет я нахожусь в личной терапии и в групповой терапии. Я забочусь о себе. Больше трех лет я нахожусь в супервизии и супервизируюсь, помогаю себе лично и профессионально расти, и работать душой.

В работе я обеспечиваю своим клиентам конфиденциальность, безопасность и бережное отношение к чувствам и эмоциям.

Мой путь в профессию психолога начался через клиентский опыт; личная психотерапия помогла выбраться из собственного кризиса и отчаяния.

Психолог - тоже человек, и его жизнь – не всегда идеальная картинка. Однако для меня было важно не оказаться сапожником без сапог и уметь справляться с превратностями судьбы.

Еще несколько фактов обо мне:

45 лет, замужем; дочери 2 года;

имею опыт развода и точно знаю, что жизнь после расставания есть;

более 300 часов личной терапии: знаю своих «тараканов» в лицо и дружу с ними.

ЦЕЛЬЮ ТЕРАПИИ считаю возможность быть, а не казаться, перестать бесконечно примерять на себя «чужой кафтан»; выйти из замкнутого круга одних и тех же повторяющихся проблем; вернуть человеку свободу обращения со своей жизнью.

В начале своего профессионального пути преподавала в Вузе, работала в реабилитационном центре. В настоящий момент работаю только в частной практике.