Психотерапевты для взрослых при беспокойстве и навязчивых мыслях / страница 6

Мой стаж работы психологом 15 лет. Замужем. Двое взрослых детей.

Для меня психотерапия уже давно стала частью жизни и не только как профессия, а как зона моего не угасающего интереса и собственного развития.

Про себя могу сказать, что как терапевт я поддерживающая, бережная в работе и к каждому клиенту ищу индивидуальный подход. Несмотря на то, что терапия оказывается немного искусственно созданное пространство для изменений, я искренняя в своих откликах и реакциях, которые помогают клиенту увидеть себя или прочувствовать ситуацию, если она беспокоит, по-новому, по- другому. Я сопровождаю клиента, не рассказываю что ему нужно делать, а помогаю найти собственные ресурсы, смыслы, решения.

Я не жду от человека, что он придёт на консультацию сильным, собранным и знающим ответы на все вопросы. Наоборот. Для меня важно, чтобы рядом со мной можно было растеряться, заплакать, разозлиться, молчать или не знать, с чего начать. Всё это — нормальная часть человеческой жизни.

Наверное, именно поэтому мои клиенты часто говорят, что рядом со мной им впервые не приходится притворяться.

Я искренне верю, что в каждом человеке гораздо больше сил и возможностей, чем ему кажется в моменты боли, тревоги или отчаяния. Иногда они просто оказываются скрыты за усталостью, страхом или тяжёлым жизненным опытом. Мне важно не подгонять человека под чужие ожидания и не учить его «правильно жить», а помочь постепенно услышать себя и следовать за этим.

В работе психотерапевта мне важно быть достаточно ясной, устойчивой, поддерживающей клиента. Я использую гештальт-подход как основной метод терапии, который позволяет быть в контакте с клиентом, быть чувствительной и бережной к его переживаниям. Соблюдаю этический кодекс профессионального сообщества практикующих гештальт-терапевтов, являюсь аккредитованным терапевтом и супервизором сообщества Московского гештальт-института. Психотерапевтическая сессия - это место встречи с болью, уязвимостью и часто с признанием собственных ограничений, ошибок и неудач. Поддерживая клиента в таких сложных моментах, я всегда остаюсь с уважением к его личному жизненному опыту и верой в его лучшие намерения и побуждения.

Для меня психотерапия давно перестала быть крайней мерой самопомощи и перешла в область повседневных вещей. Хотя я по-прежнему встречаю людей, для которых обращение к психотерапевту остается чем-то экстраординарным, признаком «серьезных психических проблем» и весьма избыточным в повседневной жизни. Избыточным не по причине нехватки денег, а в силу убежденности, что «мне это точно не надо».

Если отвечать на вопрос, что для меня психотерапия (на что она похожа), то первое, что приходит в голову, это путешествие, которое дает возможность исследовать себя - свое поведение, эмоции, мысли и чувства – в более или менее безопасной обстановке, благодаря присутствию в ней более опытного партнера в лице терапевта.

Психотерапия –мой осознанный и зрелый профессиональный выбор. Я бы назвала свой стиль в этой работе – исследовательским. В общем и целом - проблемы и сложности у людей очень похожи, но то, каким уникальным узором они могут быть вписаны в жизнь каждого конкретного человека, как он их распознает, какими ресурсами и ограничениями обладает, каковы его притязания – как раз требует внимательного совместного исследования, в процессе которого человек делает свои открытия, находит более подходящие способы взаимодействия с окружающим миром. Терапевт создает особое пространство и отношения, которые также являются исцеляющим фактором. Я руководствуюсь и ответственно соблюдаю кодекс психотерапевтической этики.

Для меня терапия это в первую очередь практика внимательного отношения к себе, своим чувствам и переживаниям, жизни в целом. Это поиск ответов на вопросы к себе и к миру, которые возникают у каждого из нас.

В работе я опираюсь на современные научные данные и использую методы доказательной психотерапии. Мне важно понимать, для чего я использую тот или иной метод и как он связан с целью терапии. Со мной можно спорить, задавать вопросы, сомневаться и говорить, если что-то не подходит. Я приглашаю исследовать не только сами трудности, но и обстоятельства, в которых они возникают, привычные способы с ними справляться и их последствия. Не ищу единственно правильного объяснения и готова совместно проверять, уточнять, пересматривать понимание ситуации по ходу работы. Считаю важным, чтобы результаты терапии постепенно становились заметны за пределами консультаций — в том, как вы действуете и строите свою жизнь.

Я родилась в Москве, жила и училась в разных странах (США, Таиланд, Франция), говорю на английском и французском языках. Я в третьем браке, и у меня нет детей. Я не раз начинала все сначала: новую профессию, жизнь на новом месте, новые отношения, чтобы прийти туда, где я сейчас и счастлива.

В жизни и в работе я опираюсь на научный и рациональный подход, я далека от мистики и эзотерики. С точки зрения социальных взглядов мне близки европейские ценности феминизма, толерантности к разностям, индивидуализма, либерализма и уважения к другим. Мне нравится концентрироваться на удовольствии от проживания жизни больше, чем на достижении материальных результатов.

Мой принцип: осознай свои ограничения, тогда все остальное становится возможностями.

Работаю в методе гештальт-терапии: на встречах мы вместе присматриваемся к тому, как вы строите отношения с близкими и с собой, чего хотите на самом деле, что делаете или не делаете для достижения целей.

Такое внимательное исследование своей уникальности помогает лучше узнать себя, найти выход из непростых жизненных ситуаций и устроить свою жизнь так, как подходит вам. Я поддержу вас на этом трудном и интересном пути.